«Альтернативы нет» на самом деле это требование: «Перестаньте думать об альтернативе!»
В своей редакционной статье на American Prospect «Что будет после неолиберализма?» Роберт Каттнер утверждает: «Мы почти выиграли битву идей. Реальность была полезным союзником… Неолиберализм имел блестящий успех для 1 процента самых богатых и позорный провал для всех остальных»:
Статья Каттнера представляет собой анализ о недавнем мероприятии Hewlett Foundation «Новый здравый смысл», на котором Каттнер с облегчением узнал, что идея о том, что «экономика будет процветать, если правительство просто уйдет с дороги, была разрушена событиями последних трех десятилетий».
Мы можем назвать это неолиберализмом, но другое слово для этого — экономизм: вера в то, что политика — это грязное, иррациональное дело, которое следует отодвинуть на второй план в пользу технократичного управления экономистом, использующим математические модели для демонстрации как что-либо сделать лучше.
Этот тип экономистов Эли Девонс описал так: «Если бы экономисты хотели изучать лошадь, они бы не пошли в конюшню посмотреть на поведение лошадей. А остались бы в своих креслах фантазировать на тему: «Что бы я делал, если бы был лошадью?»
Вместо того чтобы использовать то, как устроен мир на самом деле, в качестве отправной точки для размышлений о нем, они строят сложные модели на основе абстрактных принципов, таких как «рациональные актеры». Получающиеся математические модели настолько абстрактно элегантны, что легко забыть, что это всего лишь упражнения воображения, оторванные от реальности.
…
Если вы определяете «эффективность» как «более низкие цены», то нет смысла что-либо производить в Америке, да и вообще в любой стране, где есть налоги, экологические нормы или охрана труда. В местах, где эксплуатируют и травмируют детей, а вода и земля отравлены на миллионы лет, можно добиться большей эффективности.