Принято считать, что частный бизнес всегда эффективнее, мобильнее и организованнее неповоротливых государственных корпораций. Однако недавний скандал с уходом чешского частного перевозчика RegioJet с польского рынка наглядно разбивает этот стереотип, особенно если сравнить его подход с работой традиционных государственных компаний (таких как польская PKP Intercity).
Кому интересно первоисточник — статья-расследование газеты Wyborcza.biz
Для конекста:
- RegioJet (Чехия) — это полностью частная пассажирская компания. Ее основателем и единственным владельцем является чешский предприниматель Радим Янчура (Radim Jančura). Компания входит в состав его холдинга Student Agency.
- PKP Intercity (Польша) — это государственная компания. Она является частью национального железнодорожного холдинга PKP Group (Polskie Koleje Państwowe), 100% акций которого принадлежат Государственному казначейству Республики Польша.
Факты из расследования польских СМИ показывают изнанку работы «эффективного частника»:
- Условия труда из прошлого века
- Неуплата налогов и страховок
- Логистический хаос и кадровый голод
- Отсутствие коммуникации и уважения к людям
- Управленческий паралич
История с RegioJet в Польше показывает, что форма собственности сама по себе ничего не гарантирует. Частный перевозчик, который часто ставят в пример «эффективности», завершил деятельность, оставив сотрудников в ситуации неопределённости: о закрытии они узнавали неофициально, из соцсетей, условия труда описывались как примитивные, а управление было централизовано из другой страны, что мешало решать локальные проблемы. Дополнительно всплыли серьёзные вопросы с социальными взносами и страхованием.
На этом фоне государственная модель (как у PKP Intercity) выглядит менее «гибкой», но обеспечивает базовую институциональную стабильность: формализованные процедуры, ответственность перед государством и меньший риск подобных сбоев в правах работников.
Хаос вместо гибкости
RegioJet — частная компания с единственным владельцем, чешским предпринимателем Радимом Янчурой. Казалось бы, концентрация управления в одних руках должна давать скорость решений. На практике получилось наоборот: всё, вплоть до замены запасной части на локомотиве, согласовывалось с головным офисом в Чехии. Польские диспетчеры не имели права принимать самостоятельных решений даже в экстренных ситуациях. Сотрудники описывали происходящее одним словом — хаос.
Безопасность как статья экономии
Бывший машинист RegioJet, до этого много лет проработавший в государственной PKP Intercity, зафиксировал системные нарушения: поезда выходили на маршруты с утечками в тормозной системе, данные в технической документации не совпадали с реальным состоянием вагонов, предписанная скорость не соответствовала фактической. «Такой поезд не должен выходить на пути», — говорит он прямо. Для сравнения: PKP Intercity ведёт планомерную модернизацию подвижного состава, и даже старые вагоны поддерживаются в надлежащем техническом состоянии.
Работники — расходный материал
Сотрудники RegioJet узнали о закрытии польского филиала из социальных сетей — не от руководства. Непосредственный начальник одного из работников в то же утро, когда было объявлено о закрытии, ещё открывал новому сотруднику доступ к корпоративным системам и планировал его работу на месяцы вперёд. Официальной встречи коллектива с представителями компании так и не состоялось. Параллельно выяснилось, что часть сотрудников оставалась без регистрации в ZUS (польский аналог пенсионного фонда) — то есть фактически без социального страхования — на протяжении нескольких недель.
Что в итоге
Уходя, владелец RegioJet назвал польский рынок «адом». Сотрудники, впрочем, предлагают другую версию: адом были условия труда внутри компании. «Уже через месяц я знал, что эта компания здесь не удержится. В таком хаосе невозможно работать», — резюмирует машинист.
Частная форма собственности сама по себе не производит ни эффективности, ни ответственности. Она лишь перекладывает риски — и нередко на тех, кто меньше всего в состоянии их нести: на работников и пассажиров.
___
Добавлю, что те кто путешествовал поездами Intercity в Польше могут подтвердить высочайший комфорт и пунктуальность этого транспорта. Это не последний пример, который я собираюсь опубликовать. Таких историй немало, и каждая из них приоткрывает одну и ту же закономерность.
Главный вопрос, который возникает после знакомства с ними: как же так получается, что в Польше существуют эффективные государственные менеджеры, а в Украине — нет? Ведь это не вопрос генетики и не вопрос культуры в каком-то мистическом смысле. Это вопрос институтов: системы отбора кадров, подотчётности, профессиональных стандартов и политической воли их соблюдать. Польша прошла этот путь — долго, болезненно, не без скандалов. Украина этот путь пока даже не начала.
Именно на этом фоне стоит задуматься: откуда взялся миф о том, что всё государственное нужно уничтожить или непременно приватизировать? Во многом он родился из советского наследия — когда государственное действительно означало бесхозное, коррумпированное и нереформируемое. Этот опыт был настолько травматичным, что превратился в идеологическую аксиому: «частное = хорошее, государственное = плохое». Западные консультанты 90-х эту аксиому охотно подхватили и закрепили.
Но кейсы вроде PKP Intercity, Deutsche Bahn, французской SNCF или австрийских ÖBB показывают другое: государственная компания может работать профессионально, уважать своих сотрудников и приносить пользу обществу. А частная — как RegioJet в Польше — может хаотично уйти с рынка, бросив людей без страховки и внятного объяснения.
Проблема не в форме собственности. Проблема в качестве управления и в наличии реальных механизмов ответственности. И об этом стоит говорить вслух — особенно сейчас, когда вопрос о будущем украинских государственных активов снова становится политически острым.