У вас есть право не работать

0
396

У вас есть право не работать. Звучит безумно, чем вы занимаетесь прямо сейчас? Не работаете. И это нормально. Это ваше право.

Вы – не ваша работа. Она не определяет вашу ценность для капиталистической системы. Да, у вас есть права как работника, но самое главное право – то, в котором нам отказывают – это право не работать вообще.

Что значит “не работать”?

“Не работа” является самой важной работой из всех. Не работать – это воспитывать детей. Не работать – это заботится о престарелых. Не работать – это заниматься искусством. Не работать – это НЕ УНИЧТОЖАТЬ Землю.

Что такое неквалифицированная работа ?

Что такое «неквалифицированная» работа? Это выращивание продуктов, мытье унитазов. Строительство домов. На самом деле – это высококвалифицированная работа, попробуйте. Во время пандемии мы называем это важной работой, но определенно не считаем важными работников этой сферы. Вы видите, что мы неправильно расставляем приоритеты?

Что такое трудовые права? И что вообще такое труд? Мы ни во что не ставим материнский труд. Все материнское молоко в мире не стоит ни цента ВВП, а компании, производящие смеси, стоят миллиарды. Мы упускаем что-то важное… А именно – “не работу”.

Право не работать

Право не работать – не ново. На протяжении большей части истории человечества у охотников-собирателей было много свободного времени (и гораздо более здоровые тела). Сегодня богатые имеют право. Как думаете, в чем главное различие между капиталом и трудом? Капиталисты по определению не трудятся.

Приведу свой пример. Я работаю, свою работу люблю, но мне не нужно работать, чтобы иметь средства на пропитание. У моей жены есть вложения, и эти деньги «работают» на нас. У богатых людей уже есть универсальный базовый доход. Это называется сложным процентом. Нам платят за то, чтобы мы не работали только потому, что у нас капитал.

Но бедным мы отказываем в этом праве. Есть убежденность, что бедные должны быть мотивированы страхом голода, болезней или бездомности, иначе экономика развалится. Но это А) жестокий психологический эксперимент и Б) не то, как работает человеческая мотивация.

Когда я был подростком, а потом – молодым человеком, у меня было остаточно средств для удовлетворения своих основных потребностей, но я все равно мыл туалеты в McDonald’s, супермаркетах и ресторанах. И делал другую работу, кроме телемаркетинга (который является канализацией для мозгов). Зачем? Не из-за страха нищеты. Я хотел покупать диски, одежду и травку. Люди в большинстве своем мотивируются дополнительными благами и возможностями. Бедность же только демотивирует.

Мы мотивируем богатых еще большим богатством, но настаиваем на том, что бедные должны быть мотивированы бедностью

Почему? Чем это отличается от мотивации кнутом? Если вы ставите на кон чью-то еду или лекарства для их детей, какая разница? Просто относитесь к бедным людям с таким же уважением, как и к богатым.

То есть, я не призываю к созданию нового права. Я призываю к его распространению на все классы и возвращению к нашим человеческим корням. Раньше мы просто собирали еду за несколько часов и отдыхали весь день. Это возможно, и возможно без разрушения экономики. И на самом деле такое мышление делает экономику богаче.

Нужно расширять нашу экономику

Сама идея работы и “не работы” основана на очень узком и откровенно примитивном определении экономики. Мы живем в мире, где Amazon, известная торговая площадка, стоит триллион долларов, а тропические леса Амазонки – ноль. Мы живем в мире, где уход за детьми является частью экономики, но забота о собственных детях не имеет никакой ценности.

Мы говорим об экономике в широком смысле, но по классическим, сексистским и абсурдным причинам исключаем из нее большую часть человеческой деятельности. Растить детей, заботиться о стариках, быть другом, любовником, помогать соседу, заниматься волонтерством – все это полный ноль в современном определении экономики. Тем временем вырубка деревьев, ограбление бедняков через ссуды до зарплаты, сбыт опиатов – это очень ценная экономическая деятельность. Это категорически неверно! Не только с этической точки зрения, но и с экономической. Экономика касается только распределения ограниченных ресурсов, но мы даже не в состоянии измерить имеющиеся ресурсы. И в первую очередь то, что действительно имеет значение.

То, что я перечислил – тоже часть экономики. Фактически я призываю к расширению ее границ, включив туда всю человеческую деятельность и научиться ее оценивать. Чтобы это стало измеряемым, следует установить новую цель – ZDP (Ноль внутренней бедности) вместо ВВП. Или – определение величины национального богатства по уровню отсутствия бедности.

Мы не можем продолжать увеличивать долю человеческой деятельности и называть это “ростом”. На самом деле это рак, неумолимо ведущий к изменению климата и уничтожению планеты. Нам нужно расширить концепцию экономики, если мы хотим, чтобы через 30 лет она вообще осталась… И делать это надо прямо сейчас. Если вы оцениваете материнство В НОЛЬ экономической ценности, то что-то не так с вашим мышлением. Думайте масштабнее.

Рабочие мира, перестаньте так много работать

В прошлом веке люди боролись и жертвовали собой ради трудовых прав, которые считаются естественными. Например, выходные. Это трудовое право. За запрет детского труда на фабриках. За пенсии, профсоюзы, больничные, декретный отпуск / отпуск по уходу за ребенком. Эти права не возникли ниоткуда. За них боролись. Нам нужно продолжать борьбу. Наши предки подарили нам выходные. А теперь нам нужна вся неделя.

Покойный Дэвид Грэбер лучше сформулировал все эти идеи, и мне жаль, что он умер:

Когда я говорю о базовом доходе, я имею в виду не надбавку, а доход, которого достаточно для жизни. Я за то, чтобы полностью отделить средства к существованию и работу. Если вы живы, вы заслуживаете средств к существованию. При таком базовом доходе у вас может возникнуть проблема с тем, как заставить людей чистить канализацию: теперь за это придется платить им много. А за тупую работу вообще больше никто не возьмется. Потому что люди хотят чувствовать себя полезными!

Мы говорим об универсальных базовых потребностях (например, о пропитании, воде, здоровье, жилье и вещах, которые экономически выгоднее сделать общедоступными).

Когда люди спрашивают, как мы будем за это платить, посмотрите на ужасающую стоимость системы здравоохранения США в сравнении с государственным здравоохранением, скажем, в Шри-Ланке. Многое из подобных вещей гораздо дешевле предоставлять на уровне государства, чем частным образом. Во многих скандинавских странах также действуют системы социального обеспечения, подобные этой. Это экономит деньги. Универсальный базовый доход также намного проще (и, следовательно, дешевле) в администрировании, чем современные сложные системы социального обеспечения, которые пытаются определять, кто достоин их получать, а кто – нет. Мне скажут, что бедные страны такое не смогу себе позволить. Но, если сломить апартеид Всемирного банка и МВФ, у нас будет шанс.

Проще говоря, не может быть никакого свободного рынка с рабами в качестве наемных рабочих. Нужно освободить людей, удовлетворив их основные потребности и дать им возможность перемещаться куда угодно. Вот это свободный рынок. А то, что у нас сейчас, таковым не является. Тот, кто работает чтобы не голодать – не свободен. Сейчас это капитализм, колониализм, феодализм и все “измы” и пережитки прошлого. А значит то, к чему я призываю, является не только этичным, но и экономичным.

В прошлом веке боролись за право не обращаться с рабочими как с движимым имуществом. Мы должны продолжить и добиться, чтобы с нами обращались как с людьми. В этом веке мы должны бороться за окончательное трудовое право. Право не работать вообще.

Инди Самараджива, Шри-Ланка

 

Автор не предлагает отказаться от работы вообще. Он ставит под сомнение абсурдную экономическую деятельность, которая под созданием богатства понимает удовлетворение искусственно созданных потребностей и стремлению к росту, в основе которого лежит разрушительный ссудный процент. Такое богатство иллюзорно и фальшиво, так как в процессе его создания не учитываются издержки эксплуатации и разрушения окружающей среды, человеческих сообществ и самого факта ограниченности физического мира, в котором по определению невозможен ничем не ограниченный экономический рост.

Добавить комментарий