По уровню экономического мышления мы сейчас примерно на уровне царской России

0
336

Я уже писал о том, что по уровню экономического мышления мы откатились примерно к периоду царской России

Вот вам еще несколько исторических фактов. После революции мы закупали оборудования для тракторных заводов. А сейчас закупаем трактора:

“О том, чтобы наладить массовое производство собственных тракторов большевики говорят еще в 1917 году. В 1918 Ленин посылает конструктора Я. В. Мамина за границу закупать оборудование для тракторного завода. Страна начинает производить собственные трактора, к началу тридцатых их количество уже измеряется десятками тысяч. И, все-таки, этого слишком мало. Поэтому, в 20-ые и начале 30-е годов большевики вынуждены каждый год закупать десятки тысяч единиц сельскохозяйственной техники за границей.

Со временем индустриализация решила и эту проблему. Уже в 1937-1938 годах на Международных выставках в Париже советские трактора С-65 (“Сталинец”) и СХТЗ-НАТИ получили высшую награду – “Гран-при”. В 1940 году СССР вышел на первое место в мире по производству гусеничных тракторов. Свыше 40 % мирового выпуска приходилось на долю Советского Союза.”

Колхозы у нас заклеймили позором и заменили единоличниками, эффективность работы которых проигрывает приватным “нео-колхозам” – агрохолдингам, суть которых отличается от советских колхозов тем, что полученная от коллективной собственности (паев) прибыль складывается в один карман. В колхозах она “социализировалась”. Вернуться к этой форме хозяйствования – значит возродить села и вытеснить агроолигархов с наших земель (только не начинайте старую песню про “палочки-трудодни” – никто не предлагает их возвращать). Вот вам еще один факт:

“Одна из причин по которой в царской России возникли сложности с внедрением трактора заключалась в том, что трактор был по тем временам очень дорогой машиной. Никакой крестьянин-единоличник, даже кулак, не мог позволить себе купить трактор в личное пользование. СССР пошел другим путем. Коллективизация объединяла большое число крестьян в крупные хозяйства. То, что не мог себе позволить один крестьянин, то легко мог позволить себе колхоз. Кроме того, советское государство создало условия, когда колхозам не надо было покупать трактор. Они брали его в аренду у государства. Для этого были открыты машинно-транспортные станции (МТС).”

ЗНАНИЕ-СИЛА, 1926

Вот на это обратил внимание наш с’езд. При царях наши по­мещики и капиталисты нарочно создавали такой порядок. Это было для них очень выгодно чем бедней был весь народ, тем де­шевле платили ему за работу, тем богаче становились они сами. Что решил XIV* с’езд нашей партии.

С‘езд нашей партии решил рез­ко изменить все хозяйство страны. Зачем дешево продавать за гра­ницу наше сырье, — все, что до­бывается на нашей земле кре­стьянином, в недрах нашей земли рабочими? Не выгодней ли будет нам самим на наших фабриках и заводах обрабатывать это сы­рье? Конечно, выгодней. Вместо того, чтобы вывозить руду за гра­ницу, превращать ее в чугун, же­лезо, сталь, делать из них сельско­хозяйственные орудия, машины для наших фабрик и заводов, рельсы, паровозы и вагоны для наших дорог, всякие инструмен­ты и орудия, автомобили, трак­торы, аэропланы. Много сельско­хозяйственных орудий, разных плугов, веялок, косилок, молоти­лок дать нашей деревне. С этими орудиями и тракторами деревня сможет добиться вдвое, а может быть и втрое больших урожаев.

С этими орудиями деревня начнет засевать не то, что нужно для про­дажи за границу (дешевую пшени­цу или ячмень), а то сырье, кото­рое нужно для наших фабрик, и те травы и кормы, которые нужны для поднятия своего хозяйства.

Оно разовьет настоящее выгод­ное скотоводство, которое будет давать настоящий доход, а не убыток, как сейчас, хозяйству.

Крестьянские: лен, конопля, шерсть, хлопок (у сред­неазиат­ских и закавказских крестьян) пойдут на на­ши текстиль­ные фабрики и там будут пре­вращаться в ткани.

Наш лес часто вывозится в виде бревен за границу. Начнем его обрабатывать в бумагу, в доски, в фанеру, в дере­вянные изделия на наших бу­мажных и лесопильных заводах. Нашу нефть будем превращать в керосин, бензин, смазочные масла, в вазелин, искусственную рези­ну и во много других предметов. Нашу рыбу, мясо, дичь, фрукты, овощи—превращать в консервы. Какую массу новых рабочих по­требует наша промышленность, если начать все это делать. Ка­кую массу новых доходов будет получать все наше крестьянство. Как быстро начнет богатеть вся наша советская страна!

Все начнет тогда быстро пе­ределываться на новый лад. Кре­стьянин поймет, что, только со­единившись с другими крестьяна­ми в артель, в кооператив, он сможет сообща приобрести нуж­ные ему орудия, построить нуж­ную ему мастерскую, маслодель­ный, картофельно-терочный, ва­ляльный, маслобойный и т. д. заводы.

Крестьянин поймет, что ему, как и рабочему, надо будет много, очень много, учиться, что­бы победить засуху, неурожаи, голод. Крестьянин поймет тогда, что вместе с рабочим он рабо­тает над одним делом, в одном государственном хозяйстве, кото­рое с каждой новой сделанной на наших заводах машиной все быстрей приближается к оконча­тельной победе социализма.

Вот то, что решил сделать с‘езд, и есть „индустриализация” Со­ветского Союза, переход от не­культурной нищенской жизни, в зависимости от иностранного ка­питала, к свободной культурной жизни всего народа через раз­витие самостоятельной технически-передовой промышленности. И чем больше мы будем прово­дить режим экономии, чем боль­ше будем беречь каждую госу­дарственную копейку, чем лучше и экономней будем вести хозяй­ство, чем дешевле будем гото­вить, продавать товары, чем меньше прогулов будет у наших рабочих, — тем скорей мы через индустриализацию придем к социа­лизму.

Накопить денег на постройку новых заводов и фабрик, на покупку новых, более сильных, машин. Большинство с’езда не соглашалось с этими товарищами. Нельзя продавать товары по дорогим ценам. Это неправильно. Будут городские товары дороже, крестьянин будет дороже брать за хлеб, за мясо, за масло, за яйца и за все, что добывается в деревне. Тогда рабочему нехва-тит того заработка, который он сейчас получает. Государство, которому принадлежат все фабрики, заводы, пароходы, железные дороги, промыслы и рудники, должно будет сильно увеличить заработную плату. Сильно придется увеличить жалование всем советским служащим. Гораздо больше придется тратить на содержание Красной армии. Дорогой хлеб нельзя будет вывозить за границу: там его никто не захочет покупать. Ну, в конце концов, получится, что от поднятия цен на товары государство никаких барышей не получит. Совсем наоборот: получатся только убытки. Кроме того и крестьяне и рабочие будут недовольны высокими ценами. А это совсем будет нехорошо. Недаром Владимир Ильич перед смертью учил: научитесь готовить дешевле товары и дешевле продавать их.

Нельзя идти в кабалу к иностранным капиталистам. Некоторые товарищи рассуждали так: денег у нас мало, денег нам негде достать. Вот надо во что бы то ни стало занять деньги за границей, у иностранных богачей.

Теперь банкиры Франции, Англии, Америки, которые держат в своих руках всю власть в этих странах, еще при Ильиче говорили: пусть Советская власть обяжется уплатить старые царские долги и вернет отобранные • у иностранцев фабрики, заводы и железные дороги, тогда можно будет дать новые деньги взаймы.

Во время голодного года, когда очень уж тяжело жилось всем в Советском Союзе, наше правительство готово было вести переговоры с этими банкирами: дайте нам сейчас же много денег. Мы на них быстро возродим всю нашу промышленность, пустим в ход железные дороги, быстро подымем крестьянское хозяйство. И вот, когда у нас все это будет сделано, тогда начнем из государственных барышей платить вам проценты по некоторым старым долгам. А заставить наш разоренный народ уже сейчас платить вам эти проценты мы не согласны: это значило бы навсегда закабалить всех рабочих и крестьян так же, как вы закабалили рабочих и крестьян в Германии за преступления их императора и их капиталистов. На это мы не пойдем.

Не пошли мы в кабалу к иностранцам в голодные годы, в годы разрухи, не пойдем и сейчас, когда сами, своими силами, восстанавливаем хозяйство.

Почему была так бедна и невежественна царская Россия

До революции, да и сейчас еще, советская страна считалась очень бедной и некультурной страной. А между тем в нашей земле имеется столько богатств, как ни в одной другой стране. Чего только нет у нас! У нас очень много угля, нефти для топлива, у нас очень много всевозможных металлов, у нас очень много плодородной земли, на которой могут родиться всевозможные растения. Не даром в состав советских земель входят и крайне северные и крайне южные земли. У нас очень много скота, у нас очень много леса, у нас очень много зверей, птиц, рыб.

И все-таки при царях русский народ считался чуть ли не самым бедным. В наших недрах лежит сколько угодно меди, железа, свинца, серебра, золота и прочих металлов. А по нашим деревням почти не было железной крыши, крестьянин ковырял землю деревянной сохой, крестьянин почти совсем не имел сельскохозяйственных орудий. Россия почти все железные, медные, стальные и другие металлические изделия вывозила из-за границы. Почти все наши машины, паровозы, пушки, сельскохозяйственные орудия покупались у иностранцев. У нас были бесконечные стада рогатого скота, баранов. А мы привозили из-за границы очень много шерстяных и кожевенных изделий. У нас было очень много нефти, а наш крестьянин проводил зимние вечера с лучиной, у него не было керосину. Мы отвозили за границу разное сырье, которое добывалось нашим крестьянином на земле, нашими горняками под землей, вывозили наш лес, нашу пушнину. Все это мы очень дешево продавали за границей, а там очень дорого платили за те фабричные и заводские изделия, которые в готовом виде привозили оттуда. Эти товары покупались только богатыми.

Добавить комментарий