Альтернативная энергия – не решение климатической катастрофы

Экологи десятилетия назад уже знали, что самая «зеленая» форма энергии - это сокращение бесполезной и грязной энергии.

0
414

Беспрецедентная по глубине статья от одного из моих любимых авторов на Medium, поясняющая почему альтернативная энергетика не спасет мир от надвигающегося экологического коллапса, она может его только усугубить. Ключевая проблема лежит в основе современной порочной финансовой системы – это корпоративная жадность и стремление к неограниченному экономическому росту. Нужно менять саму систему, отказываться от потребительской идеологии и фальшивых индикаторов “развития”, типа ВВП.

Нам крайне не хватает популяризации такого взгляда на суть происходящих вещей. Современные профессиональные экономисты, к сожалению, заперты в своем понятийном догматическом пузыре и продолжают продвигать “рост как развитие”, толкая мир к пропасти… 

Экологи десятилетия назад уже знали, что самая «зеленая» форма энергии – это сокращение бесполезной и грязной энергии. Примерно 50 лет назад первый День Земли сформулировал это как «Сокращай. Используй повторно. Перерабатывай”. Сегодня этот принцип заменили на “Перерабатывай. Иногда используй повторно. Но никогда не «сокращай”. Даже упоминание слова «сокращение» вызывает протест и возражения: якобы любое сокращение означает «жесткую экономию», а коллективный самоконтроль погрузил бы мир в пучину страданий.

Неудержимый энтузиазм насчет перспектив «альтернативной энергии» (AltE) может открыть дверь бесконечному потреблению. И оставляет вне поля зрения по-настоящему серьезную проблему неконтролируемого экономического роста.

Кому нужно перепроизводство?

Ориентация на консьюмеризм скрывает два важных момента: во-первых, AltE создает свои собственные негативные последствия; и, во-вторых, снижение объемов вредного производства может реально улучшить качество жизни. Простое уменьшение количества токсичных материалов, которых требует перепроизводство, снизило бы риск рака, повреждения мозга, врожденных дефектов и нарушений иммунной системы. Никто не страдал бы от токсинов, которых можно было бы избежать, остановив производство вооружения или запретив применять “запланированное устаревание” устройств, которое приводит к тому, что через время техника просто разваливается. Лишь немногие будут испытывать дискомфорт из-за отсутствия предметов роскоши, которые могут позволить себе только богатые.

На примере продуктов питания видно, что снижение производства не имеет ничего общего с ухудшением качества жизни. Употребление продуктов, производимых местными общинами, а не международными глобальными корпорациями, означало бы отказ от обработки, при которой они теряют большу часть питательной ценности. Это означало бы и то, чтобы вы лично знаете фермеров и производителей, продукты которых предпочитаете тем, что перевозятся на тысячи километров, прежде чем достичь потребителя. Местные продукты полезней и здоровее для детей, которые сейчас страдают от переизбытка сахара и соли, используемой для консервации и длительного хранения.

Когда я более 30 лет назад начал изучать экологию, я узнал, что если коробка кукурузных хлопьев стоит 1 доллар, то 1 цент отправляется фермеру, а 0,99 доллара идут перерабатывающим корпорациям, на упаковку, транспортировку и рекламу. Сокращение не означает «обойтись без» – это означает избавление от лишнего.

Здоровье напрямую связано с едой. Моя книга “Кубинское здравоохранение: Продолжающаяся революция” рассказывает про то, что в Кубе средняя продолжительность жизни больше, а детская смертность меньше, чем в США – несмотря на то, затраты Кубы на здравоохранение на душу населения менее 10% от того, что тратит США. Уменьшение энергии, выделяемой на здравоохранение, не означает уменьшение его объема или худшего качества. А избавление от огромных ненужных трат, характерных для западной медицины.

Электромобили (EV) олицетворяют коллективную экологическую амнезию. Давным-давно, несколько десятилетий назад, люди мечтали о сообществах, в которых можно ходить пешком/на велосипеде, а некоторые даже пытались это реализовать. Давайте не будем ее разбивать. Как только AltE стала трендом, идея перепроектирования городского пространства для пешеходов отложили ради того, чтобы каждый человек мог иметь пересесть на электромобиль. Мечта об охране окружающей среды предана забвению.

Несмотря на шумиху вокруг AltE, использование энергии увеличивается, а не уменьшается. Отчасти это связано с запланированным устареванием: нас постоянно заставляют покупать новейшие электронные устройства, а период времени между версиями этих устройств становится все короче и короче.

Схема Биткойн Понци – еще один пример роста потребления энергии на службе у бесполезности. Джессика Маккензи описывает угольную электростанцию ​​в Дрездене, штат Нью-Йорк. Она была остановлена из-за того, что местное население не пользовалось этим электричеством. Но Биткойну нужна энергия для производства сложных рассчетов. И вот угольная станция воскресла из мертвых, как Дракула, превратившись в газовую.

Что делают такие политики, как Джо Байден, Александрия Окасио-Кортес и даже Берни Сандерс, чтобы положить конец расширению использования ископаемого топлива (FF) в таких программах, как Green New Deal (GND)? Не так много, как вы думаете. Как отмечает Ноам Хомски в предисловии к книге Стэна Кокса «Зеленый новый курс и не только» , «GND не бросает вызов индустрии ископаемого топлива». В предложениях Конгресса не учитывается самая важная часть сокращения FF – ограничение количества, которое может быть добыто и произведено. Вместо этого они полагаются на ложное предположение, что увеличение AltE каким-то образом вызовет уменьшение использования FF. Без ограничения производства FF, AltE просто увеличивает энергетический баланс.

Проблемы с AltE “несущественны”?

Несмотря на заявленные цели по прекращению производства ископаемого топлива (FF) к такой-то дате, генерируемая им тепловая энергия нужна для производства (1) кремниевых пластин для солнечных панелей, (2) бетона и стали, используемых при строительстве ветряков и плотин, и (3) пластик для лопастей промышленных ветряков. Для каждого виде AltE требуются FF. Сторонники AltE утверждают, что это несущественно в сравнении с прямым использованием FF. Это утверждение игнорирует объемы, фактически используемые сейчас, и, что наиболее важно, необузданное корпоративное стремление к бесконечному росту. Гидроэнергетика в настоящее время является крупнейшим источником альтернативной энергии и ее развитие будет происходить наиболее быстро. Бен Гордески приводит в пример исследование, показывающее, что «канадские крупномасштабные гидроэнергетические проекты имеют постоянный углеродный след, который составляет примерно 40% от электроэнергии, произведенной за счет сжигания природного газа. Эти выбросы даже не включают углеродный след от строительства плотин». Это уже немалые объемы, тем более что к 2040 году ожидается рост гидроэнергетики как минимум на 45%.

По оценкам, на долю солнечной энергии и ветра приходится 4–8% углеродного следа природного газа. Для упрощения предположим, что гидроэнергетика, ветер и солнце составляют в среднем 12,5% углеродного следа FF (хотя, вероятно, он намного выше). Затем предположим, что «здоровые» экономики растут не менее чем на 3% ежегодно, что означает удвоение размера каждые 25 лет. Если для AltE сейчас требуется 12,5% эквивалентных FF, тогда…

  • через 25 лет потребуется вдвое больше, или 25% от текущего использования FF;
  • через 50 лет он снова удваивается (четырехкратно от текущего размера), что требует 50% текущего использования FF;
  • через 75 лет экономика удваивается (в восемь раз от текущего размера), достигая 100% текущего использования.

При этом, использование AltE никоим образом не исключает использования FF. При этом всего за 75 лет экономический рост вернет нас к текущим уровням FF.

Нужно ли нам 75 лет, чтобы увидеть восстановление текущих уровней FF? Для некоторых секторов экономики ответ определенно отрицательный. Как утверждает Стэн Кокс, «увеличение количества шахт, плавильных заводов и транспорта, необходимых для этого перехода [на электромобили], будет продолжать повышать уровни CO2 еще долго до того момента, как они они начнут падать».

Теоретически можно увеличить выработку альтернативной энергии до уровней, необходимых для производства ветряных турбин и кремниевых пластин солнечных батарей. По расчетам Кокса, расширение инфраструктуры до 100% AltE к 2030 году “потребует 33-кратного увеличения промышленного потенциала, намного больше, чем когда-либо было имело место в мире, и приведет к полной экологической аннигиляции”. Один маленький факт, касающийся площадей застройки: для 100% ВИЭ (возобновляемых источников энергии) потребуется больше земли, чем для производства всех продуктов питания и жилой застройки в 48 смежных штатах».

Выхода нет?

Неужели нужно вскинуть руки в отчаянии, что единственный путь к сохранению человечества – это возвращение к образу жизни охотника/собирателя? Вообще-то нет. Локализация выработки энергии на уровне сообществ обеспечит достаточно для удовлетворения потребностей человека.

Многие недооценивают возможности низкотехнологичных устройств. Когда я учился в старшей школе в 1960-х, моим научным проектом была солнечная печь, которая могла готовить на среднем огне. Когда позднее я вернулся из колледжа, мама сообщила мне, что мой отец, инженер, думал, что устройство с солнечным отражателем не может генерировать много тепла. И однажды утром он использовал его для прогрева оранжери с рассадой овощей. Когда он вернулся позже в тот же день, растения были поджарены.

Солнечная энергетика не обязательно должна быть высокотехнологичной. Некоторые методы являются более эффективными в снижении потребления энергии, такие как конструкция пассивного экодома или использование пассивной солнечной энергии в существующих домах. Можно даже запустить веб-сайт через низкотехнологичную солнечную батарею, не используя площади сельскохозяйственных угодий для гигантских солнечных электростанций.

История ветроэнергетики несколько иная. Крис Де Декер – редактор журнала Low-Tech Magazine, который собирает и каталогизирует различные способы нагрева, охлаждения и выработки энергии в своей выдающейся статье «Как снова сделать ветроэнергетику устойчивой» раскрывает резкий контраст между древними ветряными мельницами и современными промышленными ветряными турбинами:

«Более двух тысяч лет ветряные мельницы строились из материалов, пригодных для вторичной переработки или повторного использования: дерева, камня, кирпича, ткани, металла… Только с появлением пластиковых композитных лопастей в 1980-х годах энергия ветра стала источником токсичных отходов – продуктом, который попадает на свалки. Новая технология производства из древесины и дизайн позволяют строить более крупные ветряные турбины почти полностью из дерева… Это сделало бы производство ветряных турбин в значительной степени независимым от ископаемого топлива и добываемых материалов».

Глобальное усилие

Одержимость корпорации ростом и расширением производства означает больше исследований, добычи, транспортировки, использования и утилизации элементов энергетической инфраструктуры. На протяжении десятилетий это было до боли очевидным для ТЭ и ядерной энергетики, вызывая сопротивление со стороны пострадавших сообществ. Вспомним лишь несколько примеров противодействие сообщества Огони откачке нефти из земель Нигерии; столкновения из-за прокладки трубопроводов в Стэндинг Рок; противодействие плану Нарендры Моди открыть 41 угольную электростанцию ​​в Индии; отказ от гидроразрыва в Пенсильвании; демонстрации в Токио, напоминающими о Фукусима-дайити; и борьба «Акции солидарности для 21 деревни» в Фалеа, Мали, против добычи урана для французского ядерного оружия.

Но сопротивление AltE также растет. В округе Кликитат, штат Вашингтон, были конфликты из-за огромный полей солнечных батарей; борьба Партией зеленых Брум-Тиога с проектами промышленных ветряных турбин; реакция народа ленка на строительство плотины Агуа Зарка в Гондурасе; усилия по остановке карьера Lithium Americas на перевале Такер; и широко распространенное возмущение эксплуатацией детей, умирающих на кобальтовых рудниках Демократической Республики Конго.

(В Украине такие примеры включают защиту Боржавского хребта в карпатах, противодействие мини ГЭС и дамбам на малых реках в Карпатах, отказ от строительства новых ГЕС на Днестре, прим. переводчика)

Если вы не заметили, ключевое слово объединяющее эти усилия – «Прекратите!» Лучшая жизнь для всех начинается с отказа от безграничного экономического роста путем разработки технологий, которые сводят к минимуму добычу, переработку, перепроизводство товаров с коротким сроком службы и транспортировку продукции на большие расстояния. Вместо этого нужно отдать предпочтение продуктам местного производства с минимальным воздействием на окружающую среду.

Одна из основных проблем ограниченного взгляда на AltE заключается в том, что этот подход одобряет и закрепляет идеологию жадности, навязывающую идею, что каждый в США (и, конечно, во всем мире) должен принять потребительский образ жизни высшего среднего класса…

Люди верят в сохранение того, что считают священным. Для большинства из нас это священные места и существа, неорганический мир, существа, спящие в воде или на суше и человеческая жизнь. Корпоративная прибыль не должна относиться к тому, что мы считаем священным.

Добавить комментарий