США: Что кризис коронавируса говорит нам о нашем рынке труда

0
234

Необразованный украинский либерал никогда не объяснит вам почему рухнул рынок труда в США. Почему в в отношениях работников с работодателями “мудрая рука” свободного рынка не работает. Как стало, что в богатейшей стране 80% населения страны находится фактически чуть выше черты бедности.

Зато у американцев, работающих на минималку, есть мнение на этот счет. Но таких статей наши либералы не читают. “Чукча не читатель – чукча писатель”.

Уроки коронавируса

Моя дочь в восторге от своей работы в крупном розничном магазине, как и должно быть. Она руководитель отдела, чрезвычайно ответственная должность, на которой она очень много работает. У нее полный рабочий день, и на этой должности она не может найти вторую работу, так как ее часы меняются от недели к неделе. Она зарабатывает 11 долларов в час. После вычетов на налоги и медицинское страхование это ставит ее и ее сына чуть выше черты бедности.

Ура. Она много работает и находится чуть выше черты бедности. Но если вычесть расходы на детский сад, который ей необходим, чтобы работать, и у нее едва ли останется денег, чтобы оплачивать счета. И поскольку она достаточно успешна, чтобы подняться выше черты бедности, она не имеет права на участие в большинстве программ социальной поддержки.
Моей дочери повезло. Она умная, трудолюбивая и у нее хорошая работа. Но помимо этого она вдова и поэтому получает пособие по случаю потери кормильца. У нее также есть родители, которые помогают ей, когда мы можем, как в финансовом отношении, так и в уходе за детьми. Также у нее только один ребенок.

У большинства матерей-одиночек нет всех этих преимуществ. Что они могут сделать? К сожалению, на этот вопрос нет универсального ответа.

Но хорошая новость заключается в том, что Джефф Безос, основатель Amazon.com, стоит почти 150 миллиардов долларов. Ура! Капитализм работает. Разве ты не чувствуешь себя богаче сейчас?

Я не хочу умалять достижений Безоса. Он один из хороших парней, построивших впечатляющий бизнес с нуля. Он заслуживает соразмерной компенсации. Но на сумму 150 миллиардов? В то время как многие из его рабочих получают заработную плату, которая удерживает их за чертой бедности? Что-то здесь не так.

Проблема начинается с нашей концепции рынка труда. Экономисты представляют себе рынок, на котором две стороны торгуются за заработную плату в обмен на работу. Теоретически рынок должен установиться в некотором равновесии, при котором предложение соответствует спросу, когда работодатели находят работников с заработной платой, которую они готовы платить, с такой заработной платой, при которой работники готовы работать.

Но, как и многие другие теории классической экономики, теория игнорирует определенные реальности. Во-первых, переговорная сила двух сторон неравна. Для сотрудников это буквально вопрос жизни и смерти, чтобы они продолжали работать, особенно в Соединенных Штатах с нашей жалкой системой социальной безопасности. Работодатели, однако, по большей части рассматривают сотрудников как товар, по сути, как расходы, которые необходимо контролировать.

Во-вторых, сотрудники не обладают высокой мобильностью. Если бы моя дочь действительно хотела натравить работодателей друг на друга, ей пришлось бы переехать туда, где есть рабочие места получше. Однако как это сделать, если она так полагается на нашу семью в вопросах ухода за детьми и другой помощи? Также это игнорирует эмоциональные связи работников со своим домом. У работодателей нет таких ограничений.

Наконец, для большинства людей рынок труда – это монопсония. В монополиях поставщик на рынке может контролировать условия сделки, поскольку у покупателей нет других вариантов. В условиях монопсонии покупатели могут контролировать условия сделки, поскольку у продавцов нет других вариантов. На рынке труда работники являются продавцами, а работодатели – покупателями. Для большинства людей, особенно с учетом консолидации небольших компаний в более крупные, варианты того, на кого они могут работать, ограничены в зависимости от их навыков и местоположения.

Работодатели не сталкиваются с такими ограничениями. Так кто же будет контролировать условия сделки? Работодатели.
В предыдущем посте я указывал, что минимальная заработная плата в размере 15 долларов в час позволит семье с двумя кормильцами достичь среднего семейного дохода для семьи. Работодатели борются против такого повышения заработной платы, потому что это снизит их конкурентоспособность и является бременем для свободного рынка труда.

Во-первых, как мы здесь установили, рынок труда вряд ли свободен. Во-вторых, минимальная заработная плата не снижает конкурентоспособность, поскольку устанавливает минимальный уровень, которому должны соответствовать все работодатели. Другими словами, ваши расходы как работодателя не могут быть уменьшены вашим конкурентом, потому что ваш конкурент должен платить такую ​​же заработную плату, что и вы. Вот почему регулирование работает. Таким образом, все, к чему приводит более высокая минимальная заработная плата, – это меньшая отдача акционерам, у которых, кстати, все хорошо.

Но даже если мы согласимся с аргументом о том, что минимальная заработная плата, налагаемая государством на работодателей, является антисвободным рынком, есть по крайней мере два основанных на свободном рынке решения этой проблемы, которые заслужили презрение правого крыла и были забыты левым.

Первый – это профсоюзы. Профсоюзы позволяют работникам вести переговоры наравне с работодателем. Корпоративные конгломераты позволяют капиталу вести коллективные переговоры. Почему у участников рынка труда не может быть такого же преимущества? К сожалению, правые объявили войну профсоюзам и фактически сделали их незаконными в этой стране.

Второй подход заключается в том, чтобы государство конкурировало на рынке. Так, например, происходит на рынке высшего образования, и в результате получилась лучшая университетская система в мире. Рассмотрим, как Мичиганский университет соревнуется с Гарвардом. В результате Гарвард стремится стать лучше.

Мы можем сделать то же самое на рынке труда. Во время Нового курса, когда у людей не было работы, федеральное правительство нанимало их. В результате частным работодателям приходилось платить больше, чтобы переманить у федерального правительства.
Оба эти варианта доступны уже сейчас, чтобы устранить серьезное неравенство на нашем рынке труда. Но вместо того, чтобы решать эти структурные проблемы, мы еще больше настроили рынок труда в пользу работодателей перед работниками. Отсюда и карательные меры со стороны государства, когда сотрудники отказываются вернуться на работу за меньшую плату в опасной среде эпидемии. В то же время федеральное правительство стремится ограничить ответственность работодателя, когда сотрудники заболевают из-за того, что они были вынуждены вернуться к работе. Разве это честно?

Читать полностью – https://medium.com/@GreinerOU/what-the-coronavirus-crisis-tells-us-about-our-labor-market-aa11ce938c52

Добавить комментарий