Почему мы живем в объятиях порочной экономической теории – краткая история неолиберализма

Важнейшая статья, которую я решил перевести полностью! Дает исчерпывающую картину современных экономических проблем и их предпосылок

0
144

Негативные эффекты неолиберализма

Неолиберализм ответственен за недостаток госрегулирования, что стало причиной финансового кризиса 2008 года. Он заморозил зарплату на одном уровне в течение последних 40 лет, снизил налоги на богатых с 92% до 37% и поднял предельные налоги на бедных с 0% в 1977 году до 100% и более сегодня . Он намеренно увязал доступное медицинское страхование с трудоустройством, а тех, кто нуждается в медицинском обслуживании поставил перед выбором “плати или умри”.

Он позволил расцвести сотням монополий, которые опустошают карманы американцев с помощью законного взвинчивания цен. Он превратил профсоюзы в призраки с долей работающих всего 13% в Америке. Для сравнения, у Швеции защищены профсоюзами 70% рабочих. Он несет ответственность за безудержное изменение климата и натиск полчищ его отрицателей. Он превратил полицейские управления в вооруженные подразделения военного образца, финансируемых за счет имущества, конфискованного у невинновных граждан Соединенных Штатов. Это обеспечило политическую среду, которая позволяет проникать в полицейские управления сторонникам превосходства белой расы и внедрять системный расизм.

Он успешно утвердил понятие неравенства в благосостоянии как средство, позволяющее свободному рынку наказывать бездельников и вознаграждать его наиболее эффективных игроков, сделав приемлемым, если не безобидным, побочным продуктом нормальной экономической деятельности.

Снижение налогов привело к нехватке государственных средств, что позволило приверженцам неолиберализма подвергнуть критике государственные обязанности, такие как социальное обеспечение и медицинское обслуживание: «Посмотрите как это дорого! Нужно сократить все эти программы. Инфраструктура? Нет, сейчас мы не можем себе этого позволить».

Что еще более важно, это послужило основой для убеждения, что богатые лучше, чем большая часть остального населения. Что большинству не хватает каких-то качеств, чтобы стать так же запредельно богатыми. Он повсеместно внедрил шкалу ценности, основанную на деньгах.

Та же фоновая пропаганда ответственна за обострение расовой напряженности, делая общество более податливым, чтобы богатые могли контролировать и манипулировать людьми в своих собственных целях.

Во что неолиберализм хочет, чтобы вы верили

Неолиберализм – это экономическая теория и философия, которые подчеркивают конкуренцию между потребителями, которые вправе делать выбор в отношении покупки и продажи в условиях свободного рынка. От того, насколько осмотрительно они делают этот выбор, зависит все в их жизни – победители они или проигравшие.

Верующий в неолиберализм видит в этом высший смысл, непревзойденную свободу действий. Они рассматривают любые препятствия в этом общем процессе, такие как профсоюзы, налоги, регуляции и общественные услуги, как форму обмана, отрицание способности свободного рынка отсеять пшеницу от плевел в обществе. Стихийные бедствия, такие как наводнения, ураганы или пандемии, никогда не принимаются во внимание. Никогда не принимаются во внимание бедность поколений или очевидное неравенство в образовании.

Неолиберализм возлагает всю вину за бедность на бедных и превозносит богатых за создание богатства. По умолчанию это носит оценочный характер. Почему же еще бедные оказались бы в таком состоянии, если не их лень и неверный выбор? Как же еще богатые стали богатыми, если не благодаря их мудрым и дальновидным решениям? Как и следовало ожидать, эта широко распространенная “мудрость” стала инструментом богатых для эксплуатации бедных, чтобы обогатить первых еще сильнее. И это именно то, что произошло с американским обществом и большей частью мира во второй половине 20 века.

Неолиберализм – экономическая теория, направленная на жесткую экономию, свободную торговлю, приватизацию, дерегулирование, глобализацию и минимизацию налогов и государственных расходов. Сторонник неолиберализма считает, что повышение заработной платы сокращает рабочие места, правительственные ограничения снижают эффективность бизнеса, а повышение налогов убивает экономический рост. Он рассматривает монополии как награду для наиболее эффективных участников свободного рынка. Он выступает за непрерывный и всеобъемлющий экономический рост любой ценой, даже за счет уничтожения Планеты.

Неолиберализм вышел за рамки философии или теории для большей части богатых консервативных правых – он стал догмой. А остальных из нас так долго учили этому в школах и институтах, прививая всем слоям общества, что теперь мы живем и дышим философией жестокой конкуренции «собака ест собаку». Мы носим ее как чугунный деловой костюм. Это душит нашу человечность и тянет вниз физически, умственно и социально.

Истоки неолиберализма

Откуда взялась эта теория и как она попала в американскую экономическую систему в 1970-х и 1980-х годах?

Фридрих фон Хайек родился в Вене в 1899 году в семье Августа фон Хайека и Фелиситас Хайек. Август работал врачом в муниципальном министерстве здравоохранения, и его увлечение ботаникой привело к тому, что он читал лекции по этому предмету в Венском университете. Фелиситас унаследовала значительную сумму денег от своих консервативных богатых родителей.

Фридрих воевал в Первой мировой войне, в основном корректировщиком на самолете. Он был награжден за храбрость и пережил пандемию 1918 года. После войны он изучал экономику в Венском университете, в конечном итоге получив докторскую степень в области права и политических наук. Он провел большую часть своей академической карьеры в Лондонской школе экономики и считался лидером Австрийской школы экономики.

В 1936 году Хайек получил откровение, согласно которому свободные рынки станут своего рода коллективным разумом, при котором знание об относительной нехватке товаров и услуг может определяться установлением цен участниками в процессе торговли. Рациональные решения и выборы людей, которые они делают в собственных интересах в совокупности автоматически корректируют и контролируют свободные рынки.

Это основано на предыдущей идее Адама Смита о «невидимой руке», в которой он определил рынок как самоопределяющуюся, самокорректирующуюся сферу человеческой деятельности. Адам Смит никоим образом не поддерживал действенность того же самого экономического механизма за пределами рыночной сферы, вторгающегося в другие аспекты социальных систем, намекая на моральное отвращение к подобному . Но Фридрих Хайек совершенно не сомневался.

В Кембридже Хайека недолго считали конкурентом Джона Мейнарда Кейнса , но « Общая теория занятости, процента и денег» Кейнса, опубликованная в 1936 году, с этим покончила. Книга была хорошо принята учеными и общественностью, оставив Хайека на какое-то время в тени.

Кейнс не согласился с идеей Адама Смита о быстро реагирующем, саморегулирующемся рынке, который мог бы решить свои собственные проблемы. Кейнс указал, что не существует механизма, который мог бы прервать цикл экономического спада, вызывающего падение спроса, затем увольнения и дальнейшее падение спроса, до бесконечности. Кейнс утверждал, что правительство должно вмешаться, напрямую нанимая или заставляя нанимать больше людей, тем самым разрывая цикл. Как пример кейнсианской экономики в действии, новый курс президента Рузвельта, безусловно, помог миллионам американцев во время Великой депрессии . Однако у него не хватило времени доказать, что таким образом можно восстановить экономику, прежде чем Вторая мировая война сделала это спорным вопросом, вдохнув новую жизнь в спящего американского промышленного гиганта.

Тем временем Фридрих Хайек в 1944 году написал и опубликовал книгу под названием «Дорога к крепостничеству», в которой подробно изложил свою обеспокоенность тем, что вмешательство государства в экономические дела может привести только к тоталитарному контролю и краху индивидуализма. В нем разъяснялось, как, если правительство что-то предпринимает, оно должно вмешаться, чтобы гарантировать, что рынки могут делать все, что им нужно. Это требовало уменьшения регулирования и налогообложения.

Труд был опубликован в Лондоне компанией Routledge с ограниченным распространением из-за нехватки бумаги во время войны, но также был опубликован в University of Chicago Press в США. Он стал очень популярным после того, как в 1946 году в «Ридерз Дайджест» появилась сокращенная версия, открывшая доступ миллионам читателей.

В 1947 году Хайек сформировал Общество Мон-Пелерин (названное в честь швейцарского курорта, на котором собирались его члены), чтобы распространять и продвигать идею уменьшения государственного вмешательства в работу свободных рынков. Он заручился поддержкой богатых капиталистов, искавших философские инструменты, оправдывающие свободные и неограниченные рынки. В 1950 году он перешел на профессуру в Чикагском университете, где оставался до 1962 года, а затем переехал в Германию, где был профессором Фрайбургского университета до выхода на пенсию в 1968 году.

1950-е и 1960-е годы считались золотым веком капитализма, в котором господствовала кейнсианская экономика. Но в конце 60-х класс корпоративных капиталистов в США почувствовал политическую угрозу, поскольку бизнес отошел на задний план после реформ здравоохранения, расширения социального обеспечения, законов о гражданских правах и Закона об избирательных правах . В 70-е годы были введены EPA, OSHA и другие регулирующие агентства; и поэтому они чувствовали угрозу и с экономической точки зрения. 70-е годы также принесли экономическую ситуацию, с которой кейнсианская школа не смогла справиться – стагфляция. Заработная плата оставалась неизменной, а инфляция росла. Милтон Фридман, один из неолиберальных учеников Хайека в Чикагском университете, был готов к решению дерегулирования экономики и открытию возможности свободному рынку исправить себя, что он и сделал.

Событием, которое, возможно, вернуло мяч обратно на поле капиталистов, нанеся удар по кейнсианской экономике, была записка, написанная Льюисом Франклином Пауэллом в 1971 году., незадолго до того, как он был назначен членом Верховного суда США. Эта записка была адресована другу Пауэлла из Торговой палаты США – Юджину Сиднору, который возглавлял комитет по образованию. В этой записке Пауэлл предложил предприятиям начать использовать суды как «социальные, экономические и политические» инструменты, чтобы более агрессивно преобразовывать политику и закон в более благоприятную для бизнеса среду. В нем прописаны особенности того, как бизнес должен переходить в наступление для борьбы с «радикалами» в обществе – интеллектуалами, журналистами, потребителями, «левыми» и защитниками окружающей среды. Он предложил создать аналитические центры, медиа-платформы, лоббирование, финансирование кампаний, рекламу и формирование советов с назначенными судьями в судебной системе. Этот меморандум был разослан всем руководителям крупных корпораций.

Скорее всего, именно этот меморандум заставил генеральных директоров вернуться к неолиберальным идеям Фридриха Хайека, воспользоваться недавними успехами Милтона Фридмана и решить, что пора действовать. Какова бы ни была причина, консервативные аналитические центры начали расти, как грибы после дождя. Финансируемые энергетическими компаниями и подобными братьям Кох , они должны были придать интеллектуальный статус пропаганде, которую они генерировали в интересах бизнеса.

Это были такие организации, как Фонд наследия , Сеть государственной политики, Институт Хартленда, Манхэттенский институт политических исследований, Техасский фонд государственной политики, Тихоокеанский исследовательский институт, Независимый женский форум, Институт Фрейзера, Институт Джорджа К. Маршалла, Центр исследований капитала, Институт Катона, Федералист. Общество, Центр Меркатуса, Институт гуманных исследований, Институт юстиции, Институт энергетических исследований, Американский институт предпринимательства, Фонд подотчетности и гражданского доверия, Институт Аспена, Фонд Олайна, FreedomWorks, Американцы за процветание и Граждане за окружающую среду. И это далеко не все.

Профессора финансировались бизнесом, чтобы обучать  принципам неолиберализма в колледжах.

Как и советовал Пауэлл, создавались медиа-платформы для распространения продуктов этих аналитических центров; росла популярность разговорного радио. Были созданы лоббистские компании для влияния на политиков, а рекламные кампании были направлены на «просвещение» общественности.

Одним из продуктов аналитического центра Heritage Foundation стал «Мандат на лидерство», 20-томный труд на 3000 страниц, опубликованный в 1981 году, содержащий тысячи индивидуальных предложений о том, как вывести федеральное правительство на более консервативный путь – основной сценарий неолиберализма на практике. Он предлагал прекратить политику позитивных действий, увеличить военный бюджет на 35 миллиардов долларов в год в течение следующих пяти лет, сократить налоги на 10%, разработать новый стратегический бомбардировщик и ввести для президента право вето.

Рональд Рейган знал о проекте Heritage Foundation и перед избранием негласно одобрил его. На первом заседании его кабинета всем присутствующим были розданы экземпляры мандата. Авторы «Мандата на лидерство» утверждали, что к концу первого года пребывания Рейгана у власти было реализовано 60% из 2000 год предложений.

Маргарет Тэтчер была избрана премьер-министром в 1979 году. У нее хранилась книга Фридриха Хайека «Дорога к рабству», и он был ее любимым экономистом. Так началось господство неолиберализма в нашем мире: отмена профсоюзов, снижение налогов для богатых, приватизация общественных услуг и дерегулирование. Все кейнсианцы были изгнаны из Международного валютного фонда, Всемирного банка и Всемирной торговой организации;  эти организации затем использовались для навязывания неолиберальной политики остальному миру.

Вишенкой на торте стало решение Верховного суда 2010 г. «Объединенные граждане», которое дало корпорациям (и профсоюзам) право тратить неограниченные суммы денег на выборы политического кандидата. Это было очень неолиберальное решение. Это позволило братьям Кох и их сообщникам активизировать свои кампании по контролю над правительством. Они теперь “заказывали музыку”. Они сыграли важную роль в полном исключении умеренных республиканцев из Конгресса. Они продавили отказ от мер по контролю за выбросами углерода в Сенате после того, как это было принято Конгрессом.

Сенат, контролируемый республиканцами, по-прежнему трампу Трампу назначать судей как можно скорее, как об этом писал Льюис Франклин Пауэлл в своей записке 1971 года. Несмотря на то, что Трамп не был одобренным семьей Кох кандидатом, он по-прежнему остается инструментом неолиберального влияния Республиканской партии. Я должен отметить, что большая часть Демократической партии также приверженцы неолиберализма, но не все демократические члены Конгресса.

Пандемия COVID-19 обнажила проблему игнорирования систем социальной защиты и основных прав человека на медицинское обслуживание за счет снижение налогов для богатых. По состоянию на 12 сентября 2020 года тридцать миллионов человек остаются безработными. Погибло около 200 000 человек. Хотя во многом это вина нынешней администрации, из-за укоренившейся неолиберальной политики сегодня нет подходящего социального механизма для устранения или смягчения этих проблем.

Мы также стоит перед другими проблемами, следствием данной экономической системы – стагнация заработной платы, системный расизм, неравенство благосостояния, разрушение инфраструктуры и неконтролируемые бизнес-монополии, еще более разрывающие человеческие условия существования 90% американцев. Может быть уже достаточно?

В заключение

Как завершить обсуждение неолиберализма? Давайте выполним мысленное упражнение – заменим «богатство» на «генетику» в подразумеваемом уравнении неолиберализма для определения того, является ли человек высшей или низшей расы. Так становится очевидным, что у вас есть инструмент для реализации фашизма. По факту – нацизма. Позвольте мне прояснить. Если подставить какую-либо характеристику, атрибут или внешнюю ценность человека в обобщенное и часто используемое оценочное уравнение с участием людей, вы значительно увеличиваете риск фашизма.

Как люди, мы обладаем внутренней ценностью, превосходящей любую электронную таблицу ценностей или сумму экономических активов. Нас следует уважать как живых людей, а не за то, сколько у нас денег, каков цвет нашей кожи, за предпочтения в религии, физическое или психическое состояние.

Наше правительство обязано защищать всех нас на основании нашей человечности, а не нашей чековой книжки, расы или происхождения. Все это потерпело крах. Неолибералы в правительстве и бизнесе высмеивают демократию, капитализм и Америку в своем поклонении богатству и власти “во имя свободного рыночного предпринимательства”. Мы должны разоблачить эту ересь, показывая чем она является на самом деле: уничижением всего хорошего, что есть в людях, инструментом ультрабогатых, помогающим клеймить и эксплуатировать всех остальных.

Poбepт Kийocaки, писатель, бизнес-тренер: Реальная проблема — не пандемия. Реальная проблема – огромный госдолг США. Страна – банкрот.

 

 

 

Добавить комментарий