Демократия, по определению, — это власть большинства. Но что мы наблюдаем сегодня? Не только в Украине, но и во всем так называемом «цивилизованном» мире? Прямо противоположное: диктатуру агрессивного меньшинства (термин Нассима Талеба).
В нормальной демократической модели — даже в том несовершенном виде, как мы ее понимаем, — мнение большинства должно быть фундаментом. Сейчас же оно зачастую даже не берется в расчет. Политики, приходящие к власти, вдруг начинают считать себя «мудрее» народа. Я не говорю об откровенно продажных — речь даже о тех, кто, возможно, искренне верит, что «спасает» общество вопреки его воле. Назовите хоть один случай, когда депутат или министр реально советовался с избирателями перед принятием судьбоносных морально-этических решений? Такого нет ни у нас, ни в Европе, ни в США. Разве это похоже на демократию?
Посмотрите, сколько людей выходит на гей-парады за «новые ценности»: статистически эти люди составляют ничтожный процент населения. Почему права этой группы должны доминировать над укладом всей страны? Причем речь не о базовых правах — на еду, безопасность или медицину. Речь об особых привилегиях: на перекройку института семьи, на усыновление, на пропаганду.
Если бы мы действительно учитывали мнение большинства, законы выглядели бы иначе. Скорее всего, общество проголосовало бы за запрет пропаганды гомосексуализма, запрет абортов и ГМО, за реальную защиту живой природы (а не за права охотников убивать ради забавы). Как вышло, что вопрос, на каком языке разговаривать, или какие ценности считать нормой, диктует всей стране крикливое меньшинство? Почему им кажется, что они знают «как лучше»? Что бы это ни было — это точно не демократия. И никогда ею не была.
Важно понимать, почему это плохо. Государство как этнос или сообщество этносов складывалось в течение длительного времени, адаптируясь и формируя набор этических норм, моральных принципов и традиций, которые сегодня являются основой его стабильности. Агрессивное меньшинство, вторгаясь, разрушает эти нормы. Ключевой принцип выживания сообщества — это ограничение индивидуальных свобод ради общего выживания, стабильности и коллективной безопасности. Если чьи-то действия подвергают опасности эти основы — то почему остальные должны с этим мириться?
Нам долго продавали ложь, что «мнение каждого имеет значение». Что общество есть сумма индивидуальных свобод, которые не входят в конфликт друг с другом. О том, что хаос частных интересов способен породить общую стабильность. Это миф. Порядок — это не продукт свободы, а ее ограничитель. жизнеспособное сообщество держится не на потакании каждому, а на жесткой иерархии приоритетов, где выживание вида стоит выше каприза единицы.
Когда личная воля становится угрозой для общего дела, она перестает быть «правом» и становится патологией. Общественный договор — это не страховка для эгоиста, это пакт о защите большинства от разрушительной силы меньшинства.
В этом свете, что плохого гомо-, руссо-, ГМО- и прочих фобиях? Ставя клеймо фоба, нас пытаются заклеймит дремучим, необразованным, отвергающим прогресс человеком. Однако наоборот — фобия это осознанное (или подсознательное) отвержение претензий на смену мировозрения, есть признаком зравомыслящего человека, понимающего угрозу коллективной безопасности. И почему это мы должны защищаться и оправдываться? Бремя доказывания лежит на тех, кто несет эти изменения!
Это четко сформулировала группа исследователей во главе с автором концепции «черного лебедя» Насимом Талебом в «принципе предосторожности». Принцип предосторожности предназначен для устранения неопределенности и риска в тех случаях, когда отсутствие доказательств и неполнота научных знаний имеет глобальные последствия и при наличии рисков «черных лебедей» – непредвиденных и непредсказуемых событий, несущих чрезвычайные последствия — утверждает Группа исследователей из New England Complex Systems Institute и Institute of Mathematics and Theoretical Physics, возглавляемая директором NECSI Яниром Бар-Ямом и руководителем направления института Нассимом Талебом.
Их аргументация вовсе не направлена на доказательство вредности таких технологий (пусть об этом судят биологи и врачи). Их ключевой аргумент – т.н. «не наивная» версия «Принципа предосторожности» (ПП). Он гласит – что если какое-либо действие или правило может нанести серьезный вред общественным интересам (повредить здоровью населения или окружающей среде по всему миру), от этого действия необходимо отказаться до получения научных обоснований его безопасности. В этих условиях груз доказательства безвредности лежит на тех, кто предлагает предпринять это действие, а не на его противниках. Подробнее об этом можно прочитать в статье
Иными словами, докажите что это безопасно в долгосрочной перспективе. А не просто «давайте признаем однополый брак полноценной семьей» или дадим трансвеститам равные права или «пусть вся страна заговорит на одном языке», потому что группе маргиналов так захотелось. Создайте устойчивое сообщество на принципах которые вы продвигаете — отдельную страну или территорию, населенную гомосексуальными охотниками-единоверами, сторонниками абортов, питающимися ГМО. Если это государство выживет или даже покажет прогресс в течение 50-100 лет — это будет аргументом, чтобы заимствовать принципы, на которых оно построено.
Но история уже знает, чем заканчиваются такие эксперименты. Один из самых известных описан в Библии:
История каинитянской цивилизации — это и есть тот самый завершённый эксперимент построения общества без «отцовских» норм. Евгений Авдеенко в своих лекциях по Книге Бытия подчеркивает, с чего всё началось: Каин не просто совершил преступление, он «исшел от лица Бога» (Быт. 4:16). Он разорвал связь с Отцом, с традицией и даже с почвой («земля не даст тебе силы»).
Оставшись в меньшинстве и изоляции, Каин создал суррогат жизни — цивилизацию. Авдеенко определяет её как «продуктивную деятельность в отрыве от органических начал жизни и богопочитания». Его потомки построили первый город, изобрели искусства и ремёсла, создали комфорт, но нравственно и физически стремительно вырождались.
И вот ключевой момент, подтверждающий невозможность изоляции таких групп. Каинитянское общество, построенное на потакании страстям (первое многоженство Ламеха, культ силы), оказалось нежизнеспособным само по себе. Как отмечает Авдеенко, «каинитяне не могут жить без тех, в ком есть жизнь». Чтобы выжить, это агрессивное меньшинство начало экспансию в здоровое большинство.
Библия описывает это как смешение: «дочери человеческие» (выродившийся род Каина) стали входить к «сынам Божиим» (роду Сифа, хранившему традиции). Инструментом этой экспансии стала «свобода бесстыжая» — отказ от родительской воли и священных запретов ради «выбора глаз».
Результат этого «слияния» был катастрофическим. От смешения традиционного большинства с развращенным меньшинством родились исполины (нефилимы). В современном переводе их называют «славными людьми», но Авдеенко дает точный перевод смысла: это были «изобретатели зол» — гении, направившие весь интеллектуальный ресурс на творение зла.
Когда «помыслы сердца были зло во всякое время», сработал тот самый высший Принцип Предосторожности. Бог остановил эксперимент, который угрожал самой природе человека. Итог известен — Всемирный потоп. Этот пример не единственный, но самый яркий. История показала: когда меньшинство навязывает свои «нормы» большинству, это заканчивается не прогрессом, а полным уничтожением социума. Процесс деградации нашей страны уже виден невооруженным глазом.
«Предложение «создайте свою страну и докажите эффективность» останется без ответа. Агрессивное меньшинство никогда не изолируется, потому что, как и цивилизация Каина, оно не способно к автономному существованию. Оно жизнеспособно лишь пока есть здоровое большинство, на теле которого можно паразитировать, выкачивая ресурсы и требуя прав. Но как только организм-донор будет разрушен их «реформами», погибнут и сами реформаторы.
Истинная демократия сегодня — это жесткая защита права большинства оставаться нормальными людьми, чтобы сохранить жизнь всем, включая тех, кто эту норму так яростно отрицает. Это понятие определенно пора переосмыслить.
PS. Второй конец человечества будет другим. Как пишет апостол Петр: *«Тогдашний мир погиб, быв потоплен водою. А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков»* (2 Пет. 3:6-7). И здесь Библия дает пугающе точное уточнение: в огне сгорит не просто материя. Сгорят именно плоды той самой «каинитянской цивилизации», построенной на человеческом своеволии. *«Земля и все дела на ней сгорят»* (2 Пет. 3:10).